В письме к Гансу Вера писала: «Я бы стреляла, не будь другого выбора, я бы смогла».
Никогда не ощущала она своей близости к Гансу так сильно, как в этот день. В иные минуты ей казалось, что он в городе, в опасности. Вообще, в эти часы она впервые так ясно поняла, какой опасности он подвергался, как только уезжал от нее. Она хотела, она надеялась, что у него с собой оружие и что он, в случае необходимости, будет стрелять.
«Не в силах выразить, что я чувствую,— заканчивала она свое письмо.— Теперь я понимаю, почему ты так много от меня скрываешь. Кошмарные видения мелькали у нас на улицах всего несколько часов. Тебе же приходится переезжать из города в город, где такая обстановка еще остается реальностью. Приходится притворяться, прикидываться одним из них. А может, даже идти иной раз на риск, и все это только для того, чтобы в следующий раз снова проникнуть в этот ад. Вот тогда ты, пожалуй, встретишь тех дьяволов, что сбежали у нас из тюрьмы, однако не сможешь вцепиться им в горло, а должен